В небольшой шестиместной палате роддома номер семь жизнь кипит с утра до ночи. Кто-то лежит здесь все девять месяцев, кто-то заезжает всего на пару дней перед родами. Но за это время женщины успевают стать друг другу ближе, чем многие родственники.
Аня приехала из маленького городка одна. Ей двадцать пять, хорошая работа, квартира в ипотеку и твердое решение рожать для себя. Отец ребенка исчез, как только услышал слово «тест». Аня не плачет, шутит, что теперь точно будет спать по ночам, ведь будить ее станет только один человек.
Тасю привезли из центра репродуктологии. Ей тридцать восемь, за плечами три неудачные попытки ЭКО, эта четвертая. Она носит под сердцем двойню и каждый день считает шевеления, будто боится, что малыши передумают появляться на свет. Тасин муж приезжает каждые выходные, привозит клубнику и тихо сидит рядом, держа жену за руку.
Марина лежит напротив окна. Ей сорок два, это третьи роды, но первые в официальном браке. Первые двое детей уже взрослые и живут с бабушкой. Марина смеется, что наконец-то вышла замуж за отца своих детей. Муж у нее известный, часто в командировках, поэтому в палате она королева: цветы, фрукты, дорогие халаты. Но по ночам иногда тихо плачет в подушку.
Рядом с ней молодая Лера, суррогатная мама. Она носит ребенка для бездетной пары из Москвы. За деньги, которые получит после родов, купит маме квартиру и брату оплатит операцию. Лера почти не разговаривает о малыше, которого вынашивает, называет его «проект» и все». Только иногда кладет руку на живот и улыбается уголком губ.
Еще есть Катя, студентка, которой девятнадцать. Родители поставили условие: или аборт, или до свидания. Она выбрала ребенка и общежитие. Учится заочно, работает ночами оператором колл-центра. В палате она самая громкая, рассказывает анекдоты и учит всех правильно дышать по технике, которую нашла в интернете.
Палата живет своей жизнью. Утром медсестры, КТГ, уколы. Днем передачи от родных, прогулки по коридору. Вечером разговоры до полуночи. Говорят обо всем: о том, как страшно рожать, как трудно будет одной, как мужья изменяют, как мамы не понимают, как страшно отдавать ребенка чужим людям.
Иногда случаются ссоры. Один раз Марина назвала Леру «инкубатором за деньги», Лера ответила, что лучше быть честным инкубатором, чем обманывать мужа всю жизнь. Три дня не разговаривали. Потом Аня испекла в микроволновке яблоки с корицей, поставила на тумбочку и сказала: ешьте, дуры, скоро всем нам будет не до обид.
Ближе к родам все меняется. Тасина двойня решает появиться на два месяца раньше. Ночь, крики, скорая, реанимация. Все стоят в коридоре босиком в халатах и молятся кто во что умеет. Утром Тася звонит и шепчет в трубку: живые, маленькие, но живые. В палате впервые за долгое время все вместе плачут от счастья.
Потом рожает Лера. Быстро, легко, как по учебнику. Девочка. Лера держит ее на руках десять минут, целует в лобик и отдает приемным родителям. Уходит в палату, ложится лицом к стене и не выходит три дня. На четвертый приходит с улыбкой и говорит: все, закрыли тему, давайте о погоде.
Аня рожает последней. Долгие сутки схваток, крики, слезы. Когда наконец кладут ей на грудь сына, она смотрит на него и говорит: привет, я твоя мама, и мы справимся. В палате в этот момент никого, все уже дома со своими малышами. Только медсестра тихо вытирает слезу в углу.
Палата пустеет. Кто-то уезжает с цветами и шариками, кто-то с одним пакетом вещей и огромными глазами. Но все они, такие разные, навсегда остаются связаны невидимой ниточкой. Потому что девять месяцев в одной палате это почти как целая жизнь.
Читать далее...
Всего отзывов
7